Дек больше не принадлежал своему клану. Изгнание, словно клеймо, жгло его душу, но именно оно привело его сюда, на Генну — планету, где выживает лишь сильнейший. Здесь, среди ядовитых туманов и каменных пустошей, он должен был найти способ доказать отцу и всему племени свою ценность. Не просто вернуться, а вернуться победителем, заслужившим уважение.
Его путь, полный опасных встреч с местной фауной, неожиданно пересекся с другим изгоем. Тийя не была похожа ни на кого из виденных им существ. Её движения были безупречно точными, а взгляд — аналитически холодным. Она оказалась андроидом, чьи цели были окутаны тайной. Сначала Дек не доверял ей, но общая угроза, исходившая от самой планеты, заставила их стать союзниками. Вместе они были сильнее: его животная инстинктивная сила и её безошибочные расчёты.
Их общей целью стал Калиск, легендарный сверххищник Генны. Существо, о котором клан Декка рассказывал в страшных сказаниях. Охота на него была не просто испытанием — это был единственный шанс для изгнанника обрести потерянную честь. Тия, в свою очередь, искала в этом существе нечто иное, что-то связанное с её собственным загадочным прошлым.
Путь к логову Калиска оказался чередой смертельных испытаний. Им пришлось пересечь кислотные реки, пережить нападения стай крылатых тварей и расшифровать древние знаки, оставленные исчезнувшей расой. В этих странствиях между деком и холодной машиной постепенно зародилось нечто, напоминающее понимание, а затем и хрупкое доверие. Он учился видеть мир за пределами инстинктов, а она — постигать ценность непредсказуемости живого существа.
Когда они, наконец, достигли чёрных скал, где обитал Калиск, их ждало не просто чудовище. Они столкнулись с живым олицетворением самой планеты — древним, мудрым и невероятно мощным. Битва, к которой Дек готовился всю жизнь, оказалась не только схваткой когтей и стали. Она стала проверкой его духа, его готовности пожертвовать собой не ради славы, а ради того, кто был рядом. И в этой титанической борьбе решалась не только судьба изгнанника, но и тайна, которую хранила Тия, и будущее всего враждебного, но прекрасного мира Генны.
